Максим ПОКРОВСКИЙ музыкант, основатель и солист группы "Ногу свело!"

Mint
19, July 2015
Есть два вопроса, которые мне постоянно задают, и я уже устал на них отвечать. Первый — это вопрос о том, откуда взялось название "Ногу свело!". Второй — это вопрос о том, как переводится или какой смысл заложен в песню "Харумамбуру". Эти вопросы — просто какой-то кошмар для меня!

Когда мне было около полутора лет, я лежал в больнице, и мне вырезали грыжу. После операции я все время плакал и почему-то говорил, что хочу к дедушке и к маме. У изголовья кроватки стояла мерзкая медсестра и постоянно повторяла: "Щщщас свяжу!". Это мое первое детское воспоминание.

Если бы у меня была возможность снова пережить какой-то момент своей жизни, я выбрал бы тот день, когда закончился 4-й сезон проекта "Последний герой". И не потому, что я был собой очень доволен. А скорее потому, что это был очень торжественный и романтический момент, когда я понял, что я прошел весьма серьезное испытание в своей жизни. Тогда я еще не знал, что год спустя, на 5-м проекте, мне будет дана возможность исправить те ошибки, которые я совершил в 4-м проекте.

Впервые я взял руки бас-гитару, когда мне было лет 18. Мы тогда как раз создавали группу, и она у нас была практически дворовая (мы репетировали в квартире одного из наших товарищей). Что меня на это сподвигло? Тот басист, который был в этой группе до меня, был исключительно тугой, тяжелый на подъем, совсем никудышный сноб. До этого я пробовал петь и играть на клавишах. Играть на бас-гитаре было мне просто показалось легче (кстати, на шестиструнной гитаре я не умею играть до сих пор). Вскоре я понял, что ритмическая согласованность пения и игры на бас-гитаре мне не доставляет никаких сложностей, и при этом с гитарой на сцене стоять круче, чем стоять у клавишной стойки. С тех пор я считаю бас мужским инструментом. Я до сих пор не научился играть на нем прилично, но всегда стараюсь делать это с энергией.

Я учился в школе, в которой вместо практики УПК, во время которой мальчики становились водителями, а девушки — швеями, у меня было программирование. Это вообще была школа с углубленным изучением математики. Поэтому после школы я вполне закономерно выбрал технический ВУЗ, а именно Московский авиационный институт. Более того, в этом институте была военная кафедра, а посещая ее, я мог не бояться, что меня заберут в армию, куда я категорически не хотел идти. Я жил тогда на Октябрьском поле (это один из районов Москвы, ну так, условно), и авиационный институт был достаточно близко — это, конечно, тоже повлияло на выбор учебного заведения.

По окончанию ВУЗа я получил профессию инженер-электрик по системам информации испытаний летательных аппаратов. Конечно, сегодня я никак не использую полученные в годы учебы знания. В свое время довольно хорошо знал актуальные на то время языки программирования: Fortran, PL, Assembler и Basic — но на данный момент я в программировании полный ноль. Тем не менее способность мыслить логически у меня в университете развилась, хотя изначально она мне как музыканту совсем не свойственна. Главный же урок, который я усвоил в университете, — это урок о том, как важно постоянно обучаться самостоятельно. Преподаватели все время твердили: "Мы учим вас учиться". И научили, нужно сказать. Сегодня я умею сам ставить себе задачу и находить пути ее решения, хотя по натуре своей и даже в силу своего знака зодиака (я близнецы) процесс принятия решения для меня мучителен. Но не получи я этот навык в авиационном институте, наверное, дела с этим обстояли бы еще хуже…

Быть хорошим музыкантом означает стремиться делать свое, быть индивидуальностью и всем своим существом, кишками и желудком, понимать, что ты несешь определенную энергию. В каком-то смысле я сейчас оправдываю свое незнание нот, гармонии, истории музыки и вообще свою музыкальную безграмотность. Если принимать, что хороший музыкант — это музыкальный эрудит, то я не очень хороший музыкант. Но если говорить в более широком смысле, то есть, имея в виду то, что я сказал изначально — об энергии и индивидуальности — то здесь относительно меня лично все сложнее. Как Вы понимаете, оценок самому себе я давать не могу…

В ноябре 2007 года я записал свой первый сольный сингл "Шоппинг". Произошло это по весьма тривиальной причине. Дело все в том, что в тот момент некоторыми людьми (к слову, я с ними уже не работаю) культивировалась мысль о том, что без них я мало, что значу. Что, мол, я поднялся только благодаря им, точнее — нашей совместной работе. Безусловно, в этом много смысла. Единственное — меня не устраивало слово "только". Мне необходимо было самому себе доказать, что я могу сделать что-то сам. "Сам", кстати, вовсе не означает "один". Именно тогда я стал учиться коммуницировать и творить с новыми людьми. Продюсером песни "Шоппинг" стал Антон Беляев, замечательный человек, который недавно очень преуспел в русском "Голосе". Он, кстати, стал продюcером одной из песен альбома "Fast Food Kids"— "Have a nice flight" (русскоязычная версия этой песни вошла в альбом "Съешь мое сердце").

Мой первый сольный альбом — "Fast Food Kids" — в конечном итоге перестал быть сольным: ряд песен я перенес в альбом "Съешь мое сердце", который записывал уже с "Ногу свело!". Кстати, хочу обозначить, что "FastFood Kids" и "Съешь мое сердце" — это не близнецы. Да, там есть ряд песен, которые отличаются только языком, на котором они исполнены, но все-таки это две совершенно разные работы.

Я выпустил "Fast Food Kids" здесь, в Америке, под именем Мах. Для меня этот альбом значит очень многое. Например, это в определенном смысле это победа над стереотипами: я работал вместе с американскими авторами и продюсерами, а они показали мне много нового, чего я до этого момента не знал. Безусловно, этот альбом для меня — достижение давней цели. Он, на мой взгляд, получился очень достойный, и я им горжусь (это, правда, только мой взгляд).Кстати, когда в России "Ногу свело!" исполняют композиции с альбома "Fast FoodKids", мы звучим намного мощнее и в хорошем смысле проще — это тоже очень значимо для меня. Этот альбом также является экспериментом. В первую очередь организационным экспериментом: нужно было найти время, средства, найти в себе силы для того, чтобы сменить многое в технологии. Этот альбом — расширение творческих границ. Я бы сказал, что в какой-то мере "Fast Food Kids" — это баловство и прикол. У меня пока нет возможности заниматься этим серьезно (например, приступить к записи второго альбома под именем Мах). Так что с коммерческой точки зрения (особенно в США), это является для меня баловством. И, да, это стало для меня новым этапом: альбом сподвиг меня на то, чтобы начать концертировать в США. В основном, конечно, я выступаю для русскоязычной публики, но я начинаю добавлять свои англоязычные композиции в выступления и потихоньку все-таки вовлекать американскую аудиторию тоже. Работая над "Fast Food Kids", я совершил бешенное количество ошибок. Но, наверное, в этих ошибках заключается главная ценность альбома, ведь на ошибках учатся.

Находясь в США, я в основном выступаю для русскоговорящей публики, хотя среди них есть прям американцы-американцы. Есть многие, кто давно переехал, но группу нашу знают и любят. Есть дети, рожденные уже в Штатах, но которые узнали от своих родителей о "Ногу свело!" и даже стали нашими фанатами (это, кстати, очень для нас лестно и приятно).

Американская публика ценит посыл, ценит энергию артиста. Люди на концертах чувствуют энергию незамедлительно, практически мгновенно, как только артист выходит на сцену. Я не скажу, что российская публика не чувствует энергию, но американцы чувствуют ее как-то по-другому, это точно. Например, парень, который помогал нам подключать микрофоны во время репетиций, сразу уловил посыл и помогал нам так, будто уже много лет работает с коллективом, хотя на самом деле он не понимал ни слова из того, что мы поем. Или еще пример. Владелец одной из площадок в Нью-Йорке, где мы выступали, затыкал уши и морщился, пока мы делали саунд-чек: "Зачем так громко? Кто вообще ко мне пришел? Что это такое?" — ну и все в таком духе. А после концерта он подошел и сказал: "Ребята, в любое время приезжайте, играйте, я оставлю для вас любую дату". Месяц назад я зашел туда просто пожать ему руку и выпить кружку пивка, и он повторил мне все то же самое. Люди здесь чувствуют, когда все делается искренне и с душой, и я лично за это очень люблю и ценю американскую публику.

Вопрос эпатажа для меня очень сложный. Меня и мою группу всегда считали эпатажными... С одной стороны, если здраво взглянуть на нас, я буду вынужден с этим согласиться. Но с другой стороны, все, что мы делали, мы делали совершенно естественно для себя, без желания нарочно вызвать какой-то эффект. Мы просто делали, потому что нам так делалось, без мыслей о том, эпатируем мы кого-то или нет.

Границей между эпатажем и вульгарностью, наверное, является наличие или отсутствие естественности в том, что ты делаешь. Если артист эпатирует публику просто ради того, чтобы эпатировать, то многие вещи, которые в основе своей не очень вульгарные, начинают таковыми выглядеть, потому что это все не искренне. Если же артист искренен и через какие-то близкие к вульгарным или вульгарные формы несет что-то, в чем есть искра и есть искусство, то, пожалуй, можно воздержаться от того, чтобы назвать это вульгарностью. Да, пожалуй, так: граница между эпатажем и вульгарностью — это уровень естественности и таланта.

Умение удивлять публику — это прежде всего умение удивлять самого себя. Даже по сотому или тысячному разу исполняя какую-то песню, какой-то сет, какую-то связку из песен, важно все равно удивляться тому, как прекрасно то, что ты делаешь. Как прекрасно, что пришли люди на твой концерт. Как прекрасно, что сыгранность и опять же многократное повторение материала все равно дарят тебе чувство свободы. Иногда, играя на концерте песни, которые в репертуаре уже очень давно и я их уже очень хорошо знаю, я ловлю себя на мысли, что думаю во время исполнения о чем-то другом. Это не значит, что лодырничаю на концертах, нет. Это значит, что я так свободен, что могу думать о том, что буду делать дальше. И я сам всегда этому удивляюсь. Удивление публики — это следствие моего собственного удивления.

Зритель всегда ждет шоу. Секрет хорошего шоу, по моему мнению, заключается в трех вещах. Во-первых, каждое шоу, каждый концерт не должны восприниматься как что-то, что ты должен отработать. Но при этом, и это во-вторых, важно помнить, что каждый концерт как раз таки серьезнейшая работа, серьезнейшая подготовка. Перед каждым выходом на сцену я очень волнуюсь и считаю, что надо волноваться. Ну и третье — любое шоу должно быть сделать хорошо с технической точки зрения.
 
Последнее шоу, которое меня по-настоящему поразило, — это "Mamma Mia" на Бродвее. Здесь необходимо сделать ремарку о том, что я абсолютный невежда, у меня нет времени ходить на концерты (и я очень от этого страдаю). Когда у меня выдался свободный денек в Нью-Йорке, я пошел на это представление. Оно было совершенно тривиальным в общепринятом смысле, но очень оригинальным меня — я никогда на подобные шоу не ходит и на мюзиклах вообще до этого никогда не был. Так что это была стерильная история — все было для меня впервые. Своей покоряющей простотой это шоу привело меня в состояние умиления.

Мне кажется, большинство людей не способны воспринимать выбивающиеся из общепринятых рамок вещи. Тут, конечно, очень многое зависит от среды обитания. Образно говоря, если ты не живешь в племени людоедов, то тебе трудно принять поедание людей. Большую часть времени я общаюсь, конечно, с русскими людьми. Так вот русские люди очень тяжело принимают что-то новое, что-то, к чему они не привыкли. Поэтому я бы даже переформулировать: не большинство не способны принимать что-то новое, а скорее единицы способны это делать.

Восприимчивость ко всему новому зависит от уровня внутренней свободы. Наверное, минимальный процент внутренней свободы во мне все же есть, ведь мне не только нравится все новое, но я еще и постоянно ищу для себя что-то новое. Это, конечно, не очень скромно, что я "якаю", но я не могу говорить за кого-то другого, кроме как за себя самого. Помню одну историю. Я был в пабе недалеко от своего дома в Москве. Будучи совершенно гетеросексуальным по своей сути, я попытался что-то сказать на тему того, что гомосексуалисты должны иметь права на все, на что они имеют права здесь, в Штатах. Я, конечно, на неприятности тогда не нарвался — все-таки я Макс из "Ногу свело!" — но мне очень доходчиво дали понять, что в тот момент я находился в обществе внутренне не свободных людей и высказанную мною мысль мне лучше было не озвучивать…

Я горжусь тем, что мне удалось быть ни на кого не похожим. Более того, я горжусь тем, что мне удалось выжить, будучи ни на кого не похожим. Это сложно — не вписываться в рамки какого-то стиля. Особенно, кстати говоря, это тяжело в Америке, где любят все четкое, все понятное. А вообще я больше всего горжусь тем, что будучи очень стрёмным и подвопросным с точки зрения будущей карьеры музыкантом, мне все-таки удалось стать музыкантом и сделать какую-то карьеру. "Ногу свело!", может, и не самый первый коллектив в России и в русскоговорящем пространстве, а мой проект "Мах", может, и не гремит пока в Соединенных Штатах, но мне удалось сделать действительно интересные вещи, а не поддаться слабости и пойти по какому-то другому пути.

Группу "Ногу свело!" называют одним из сильнейших концертных коллективов, думаю, потому, что мы умеем сочетать любовь к своему делу с любовью к публике и с каким-никаким профессионализмом (о профессионализме я всегда говорю очень осторожно). Если простым языком, то нас прёт так, что мы скачем до седьмого, нет, до сто двадцать седьмого пота. И не потому, что нам за это заплатят (нам заплатят даже если мы просидим весь концерт на стуле), а потому, что мы по-другому не умеем, мы не можем не выкладываться. Вот, наверное, поэтому наша группка не так уж и слаба на концертах…

У меня нет хобби, и я этим горжусь. Моя профессия настолько многогранна, что даже если брать ту ее часть, которая является только музыкой (то есть если не говорить о какой-то телевизионной деятельности и блаблабла), то музыка столько всего в себе таит, что я не устаю ее открывать. В свое время я увлекался поиском каких-то новых электронных звуков: сидел синтезировал бэйс драм годами — мне было это жутко интересно. Так что моя профессия является моим самым главным увлечением. Если же вести речь о том, что не связано с музыкой, то я иногда бы ездил верхом. Повторюсь, хобби у меня нет, но пару-тройку часов занятиям верховой ездой я бы мог уделять.

Если бы мне нужно было выбрать 5 песен, которые максимально представят творчество "Ногу Свело!" для кого-то, кто нас вообще не знает, я выбрал бы первые три, ни секунды не думая. Это: "Харумамбуру", "Московский романс" и "Наши юные смешные голоса". Еще две выбрать сложнее — хочется выбрать помощнее и в то же время помелодичнее. Пожалуй, на сегодняшний день это песни "Бензин" и концертная версия песни "Масло" с нового альбома "Съешь мое сердце" (кстати, мы сейчас ее смонтировали в концертном варианте и вYouTube можно найти клип).
 
Помню, как после первой экзаменационной сессии в Московском авиационном институте, я ходил по заснеженному полю в кирзовых сапогах, а в кармане у меня лежало письмо из "Рок-лаборатории" о том, что я действительно руководитель группы. Я тогда только начинал "Ногу свело!". Ходил я тогда по гаражам, подвалам, по мусоркам разным — искал репетиционную базу. Каким-то чудом нашел. Потом мы заваривали дверь, чтобы пьяные рабочие не смогли вломиться. Потом затыкали внутри все тряпками и забивали фанерой, чтобы не раздражать жителей на соседней стороне улицы. В общем, это история очень долгая и очень душещипательная. Лет 8-10 назад я начал скитаться по Западному миру в поисках новой музыки. Начал с Великобритании — там у меня был друг, русский по происхождению. Я ему рассказал историю, о том, как я начинал, и добавил, что больше я, наверное, так уже не смогу. Тогда, эти 8-10 лет назад, я был очень молод и глуп. Ведь с того момента и по сей день мне предстояло пройти путь намного более серьезный и намного более тяжелый, чем тот по заснеженному полю в кирзовых сапогах. 

Главная мудрость, к которой я пришел к своим годам: никогда не нужно говорить, что самое сложное в своей жизни ты уже сделал и на что-то подобное или тем более что-то более сложное тебя не хватит. Ты никогда не знаешь, что тебя ждет, и должен быть готов ко всему.

Annie Couture Trunk Show at St petersburg store
09/17/2016
Organizer: Anna Garbuzova
Photographer: Stephan Cartello